Размер шрифта: A A A
Цвета сайта: С С С
Новости

Тогда в далеком грозном сорок третьем

В Красногвардейском музее состоится открытие выставки из фондов музея, посвященной 75-летию Курской битвы...

Тайны музейных предметов

Интерактивное занятие с элементами игрыдля воспитанников пришкольных лагерей, которое включает в себя ист...

Главные символы страны

Интерактивное мероприятие для дошкольников, рассказывающее о символах России. Участников мероприятия ждут...
Архив новостей »

Имя его - в легенде, названиях школ и улиц

7 Апреля 2018
Имя его  - в легенде, названиях школ и улиц
"У чукчей есть одна старая легенда о таинственных островах «по ту сторону льдов», которые бессчетно богаты зверьем. Исключительно храбрые охотники туда добирались не на байдарках, плывущих по студеной воде, а на таких байдарках, которые летали по воздуху! Лодки с выросшими крыльями водил на острова самый лучший охотник, первый герой из героев, по имени – «Анатолянгин»! Этим храбрым охотником чукотской сказочной легенды был Анатолий Ляпидевский Герой Советского Союза № 1."
Советский летчик, генерал-майор авиации, прежде всего, известен как авиатор, благодаря чьей смелости была спасена экспедиция челюскинцев. Но это всего лишь одна веха в жизни этого человека, чья деятельность долгие годы была закрыта грифом секретности…
Анатолий Васильевич Ляпидевский родился 110 лет назад,  23 марта 1908 года в казачьей станице Белоглинской Медвеженского уезда Ставропольской губернии, в семье священника. Когда мальчику исполнилось 10 лет, его отца перевели в город Ейск, так его детство  прошло на побережье Азовского моря. Работать он начал еще подростком и перепробовал многие профессии.  В 1926 году Анатолия призвали в ряды Красной Армии, он хотел стать моряком, но квот в мореходные училища не было, и он поступил в Ленинградскую военно-теоретическую школу ВВС, а затем, в 1928 году, окончил и Севастопольскую школу морских летчиков. После чего Ляпидевский служил в ВВС Балтийского флота и инструктором в Ейской школе морских летчиков. Генерал-полковник авиации Н.П. Каманин вспоминал: «Анатолий Ляпидевский – кубанский казак, человек широкой натуры, вихрастый, плотно сбитый крепыш. Свой путь в авиации он начал в родной мне Ленинградской школе теоретического обучения – "терке". Но если я в "терку" пришел прямо со школьной скамьи, то Анатолий до нее поработал в кузнице, в слесарной мастерской, на маслобойном заводе, помощником шофера в автобусе. Когда по стране прокатился клич: "Молодежь – в авиацию!" – Анатолий Ляпидевский осуществил свою заветную мечту: стал летчиком. Путевку в небо ему дали опытные инструкторы Василий Молоков и Сигизмунд Леваневский».  
После увольнения из армии в 1933 году, его за «непролетарское происхождение» отправили работать пилотом на Дальний Восток – в управлении Гражданского Воздушного флота. Он попросился на одну из самых трудных линий – сахалинскую в Чукотский отряд Управления полярной авиации Главсевморпути. Летал из Хабаровска через Татарский пролив в Александровск. Трасса эта очень тяжелая, но, освоив ее, Ляпидевский перевелся на Крайний Север. А в море тем временем уже вышел пароход, обессмертивший Анатолия Васильевич.
13 февраля 1934 пароход «Челюскин» поглотили ледяные воды Арктики, 104 наших соотечественника остались на дрейфующей льдине, которая в любой момент могла расколоться.  Этих людей не только было сложно спасти, но и найти из-за плохой видимости: «…трудно описать наши переживания. Бушует пурга, ветер с дьявольским свистом издевается над нашим бессилием. Даже на собаках ездить нельзя – не то, чтобы летать! Локти готовы грызть от досады!!» - вспоминал в своей книге «5 марта», посвященной этим событиям А.В. Ляпидевский. «Двадцать девять раз пытались мы пробиться сквозь пургу и туманы в тяжелейших условиях Заполярья, и все безуспешно... Вылетали, брали курс, и каждый раз возвращались – стихия свирепствовала, мороз доходил до минус 40 градусов, а летали мы тогда без стеклянных колпаков над кабиной и даже без защитных очков, просто лицо оленьей шкурой обматывали и оставляли маленькие щелочки для глаз. Но от холода ничего не спасало».  Забытая однажды меховая маска и потерянная перчатка при полете в открытой кабине на 35-градусном морозе стоили ему обмороженного, почерневшего, кровоточившего и потрескавшегося лица. Необходима была госпитализация, но фанатизм выполнения задания и спасения людей настолько овладел Ляпидевским, что, не замечая полученных повреждений и жуткой боли  от образовавшихся трещин на лице и руке, которые мазали йодом и  жиром, он упорно продолжал полеты!
«… В конце концов на 30-й полет я обнаружил этот лагерь.  Солнце, тишина, но страшный мороз – 40-45 градусов... Мы всматривались до боли в глазах. И наконец, прямо «уперлись» в лагерь Шмидта. Первым лагерь увидел Лев Васильевич Петров, наш штурман, показал мне пальцем: «Толя, смотри!» Я обратил внимание: действительно, маленькая палаточка и около палатки три человека... Решил садиться. Захожу на посадку раз, другой – но для большой тяжелой машины площадка была очень маленькой, всего 400 на 150 метров (длина АНТ-4 – 18 метров). Промажу – ударюсь о льды, проскочу – свалюсь в воду. Сделал два круга и на минимальной скорости сел на льдину. Когда вылез, все вокруг кричали, обнимались, лезли целоваться. А у меня в голове одна мысль: черт, а как же я отсюда вылетать-то буду?! Посоветовались с Отто Юльевичем Шмидтом и решили сразу взять с собой десять женщин и двух девочек (самой младшей на тот момент было пол года, она даже родилась на этом  корабле)... Самолет большой, тяжелый... впихнули, фигурально выражаясь, в большие, тяжелые малицы женщин и детей, и им пришлось кому-то лежать, кому-то сидеть, сильно сжавшись».
За спасение женщин и детей Ляпидевский получил «народное звание»- «дамский лётчик». Старший радист экспедиции Э.Т. Кренкель, находившийся на льдине, позже вспоминал: «5 марта было холодно. Термометр показывал около сорока, когда... на сигнальной вышке появился флаг, означавший: к нам летит самолет процессия женщин и детей двинулась к аэродрому. В воздухе показался самолет - большая тяжелая машина АНТ-4. Радостный крик. Самолет пошел на посадку. Все заспешили вперед к аэродрому и... огромная полынья, длиной в несколько километров и шириной метров в 20-25, преградила дорогу... Нежданная водная преграда была преодолена - на рысях была доставлена шлюпка-ледянка... В тот день к нам, наконец, пробился молодой летчик комсомолец Анатолий Ляпидевский. Это был трудный полет. В хаосе ледяных глыб и ропаков искать лагерь с воздуха было не легче, чем иголку в стоге сена. От мороза запотевали  летные очки, и Ляпидевский прилетел в пыжиковой маске, защищавшей лицо, но ухудшавшей видимость. По его признанию, такой маленькой площадки, 400х150 метров, он в своей летной жизни не видел. Машина у Ляпидевского была тяжелая, и посадить ее на наш ледовый аэродром, наверное, не удалось, если бы не упорная тренировка пилота. Взлетая со своего аэродрома, он, возвращаясь на него, приземлялся на немыслимо крохотный пятачок, специально отмеченный сигнальными флажками».
Следующий рейс на льдину был совершён только 7 апреля. За неделю летчики Василий Молоков, Николай Каманин, Михаил Водопьянов, Маврикий Слепнёв, Иван Доронин вывезли на материк остальных челюскинцев. Последний рейс был совершён 13 апреля. Всего лётчики совершили 24 рейса, перевозя людей в чукотской становище Ванкарем, находящееся в 140-160 км от места ледовой стоянки. Все 104 человека, два месяца проведшие в условиях полярной зимы на льдине, были спасены.
Это была победа молодой советской авиации. Это была победа СССР, соседние государства не верили в удачный исход этой операции.20 апреля, во всех советских газетах был опубликован правительственный указ о присвоении летчикам Анатолию Ляпидевскому, Сигизмунду Леваневскому, Василию Молокову, Николаю Каманину, Маврикию Слепневу, Михаилу Водопьянову и Ивану Доронину звания Героя. В народе их прозвали «великолепной семеркой». Собственно и само звание было учреждено «под них» – постановлением ЦИК от 16 апреля 1934 года. По Ляпидевскому не было отдельного постановления, но поскольку в списке он значился первым, его и стали считать Героем № 1. Когда в августе 1939-го учредили Золотую Звезду, то и медаль № 1 досталась ему …
В 1935 году он вновь вступил в ряды Красной Армии и поступил на инженерный факультет Военно-воздушной академии имени Н.Е. Жуковского, после окончания которой в 1939 году был назначен заместителем начальника Главной инспекции Народного комиссариата авиационной промышленности, потом перешел в Центральный аэрогидродинамический институт, а перед самой войной был назначен директором авиационного завода № 156 в Москве (с октября 1941 года – в Омске).
С началом Великой Отечественной войны Ляпидевский возглавил 4 отдел НИИ ВВС, а в сентябре 1942 года стал заместителем командующего ВВС 19-й армии, начальником полевого ремонта 7-й воздушной армии на Карельском фронте. На его плечах лежала забота о сотнях боевых машин, возвращавшихся из воздушных боев. В 1943 году он вновь занял пост директора авиационного завода.
После окончания войны Анатолий Васильевич, которому было присвоено звание генерал-майора авиации, сначала был назначен на пост главного контролера Госконтроля, а в 1949 году – заместителя министра авиационной промышленности СССР. В том же 1949-м Ляпидевский занял один из руководящих постов в сверхсекретном КБ-25 (ныне Всероссийский НИИ автоматики), занятом созданием водородной бомбы. Там он работал в тесном сотрудничестве с группой физиков-ядерщиков, в том числе И.Таммом и А.Сахаровым, а о своей работе не рассказывал даже самым близким. Известно это стало лишь в 1961 году, когда над Новой Землей была испытана самая мощная в мире 50-мегатонная водородная бомба. А все участники правительственной комиссии, в том числе и Ляпидевский, получили огромную дозу облучения.
В 1961 году Анатолий Васильевич по состоянию здоровья уволился в запас. Но диагноз «лейкемия» не стал для него приговором, и совсем в отставку генерал-майор авиации не ушел. Не усидев на пенсии, он долгое время работал ведущим конструктором в КБ Микояна, куда его пригласил сам Артем Иванович, – руководил разработкой МИГов. Ляпидевский был настоящим трудоголиком, ни минуты не мог сидеть без дела. В 1930-х годах он к тому же был членом ЦИК СССР 7 созыва, а в 1937-1946-х – депутатом Верховного Совета СССР. Его перу принадлежит книга «Пятое марта».
Генерал-майор авиации был награжден многими государственными наградами. В начале 1983 года простудившись на похоронах летчика Василия Молокова, своего товарища, с которым вместе спасал челюскинцев, Ляпидевский серьезно заболел (ведь человеку с диагнозом лейкемия опасен даже насморк) и уже не смог оправиться. 29 апреля 1983 года Анатолий Васильевич Ляпидевский скончался в Москве, где и был похоронен на Новодевичьем кладбище.
Именем Героя названы улицы во многих городах России и Украины, Омский летно-технический колледж гражданской авиации и Чебоксарский авиационно-спортивный клуб ДОСААФ. Памятник ему установлен  на родине в селе Белая Глина, во дворе школы №1 станицы Старощербиновской, также носящей имя Ляпидевского.
«Челюскинец» подполковник Э.Т. Кренкель говорил Ляпидевскому:     « Толя, ты только подумай, Звезды будут получать еще тысячи людей. Все они, разглядывая номер на оборотной стороне, будут вспоминать тебя, потому что на твоей Звезде номер первый».  Об этом должны особенно помнить и гордиться мы, земляки Анатолия Васильевича. Каждый раз, проходя  по Аллее Славы, расположенной в центре села Красногвардейского, остановитесь и поклонитесь герою №1.
Малимон Н.Л., научный сотрудник ГБУК Красногвардейский музей

газета "Сельская Новь" от 07.04.2018 г. № 23